Oct. 4th, 2014

Oct. 4th, 2014 11:42 pm
yr: (папка)
Хохотали за ужином, обзывались, вдруг вспомнилось, дотч, говорю, почему-то не было в моем детстве оскорбления страшнее, чем "щен горбатый". Сказал и провалился, и цоколь дома родного вспомнил, в него в эстетических, видимо, целях замешана была прямо в бетон слюдяная крошка, и большой удачей было найти кусок слюды побольше, раздолбить камнем или найденной по случаю железякой цементную шубу вокруг, вытащить и расслаивать тонкими детскими ногтями на прозрачные блескучие пластинки. Площадку у северного торца, игру в прятки у железной таблички "кабель, не копать" вспомнил, опасных пацанов из соседнего двора, чуждых как не всякие инопланетяне, первый булыжник, пойманный головой в битве все против всех.
- Щщен, - говорю, - горррбатый.
Хохочет, а я прямо чувствую, как кровавая пелена надвигается и застит белый свет. Такое сильное оскорбление, тридцать три года прошло, а действует. И почему, не выяснишь уже. Почему - щен? Почему - горбатый?
Дотч топает спать по коридору, а я, опомнясь, кричу ей вслед:
- Учти, говорю, - если через полгода тут полгорода будет так ругаться…
В ответ слышу глумливое неприличное детское ржание:
- Бгггг.
Чувствую, не пропадет щен. Поживет еще.

Tags

Custom Text

Page generated Oct. 17th, 2017 06:26 pm
Powered by Dreamwidth Studios