yr | (no subject)

Разворачивая инверсионный след в черно-синей сапфировой глубине, самолет тяготеет к серебряному пятаку луны, как тычинка тюльпана вытягивается вовне из той же структуры, но рубиновой глубины. Он кагбе говорит мне: суету понедельника сменит вторничная суета, а глубину не сменит ничто, ей все одно - что она не любит, что любит она не та, что и та, и любит, и любит как надо, но.
А луна - пятак. Ночь прозрачней оптического стекла.
А не любит - ну так, наверное, не со зла.