no subject

[yr]

Когда-то в прошлой жизни работа моя состояла в том, чтобы думать и понимать, как оно устроено. Думаю я, к сожалению, медленно и плохо, часто отвлекаюсь, и как правило возвращаюсь к начатому, когда уже все там истоптали и убежали. Песни слоупока, а не мыслительный процесс. Но все-таки возвращаюсь, встану и думаю: как же оно, сука, все-таки устроено?
Например, в позапозапрошлой жизни, я много жил среди простых людей. Чаще всего вокруг меня тогда были автослесарь, таксист, инженер очистных сооружений, мужик-точильщик и воспиталка из детского сада. Я часто смотрел тогда, как они живут, и не понимал. И на Серегу, деревенского тракториста, тоже смотрел и тоже не понимал.
С одной стороны, цепочка логических рассуждений, приводящая к выводу, что не надо лезть пьяному на электрический столб, была им доступна только на словах. Она никак не предотвращала пьяного покорения столба с последующим падением с него, сотрясением, районной больницей, подсадкой на интересные таблетки, от которых мультики днем, переездом в наркологию, просушкой, выходом на волю и пропиванием на радостях трактора.
С другой стороны - когда я смотрел на их жизнь, все в ней происходило если не самым эффективным образом - то уж оптимальным с точки зрения затрат, усилий, мощностей и результатов точно. Трактор, пропитый за пятьсот баксов, возвращался к владельцу даром или за вспашку чьего-то огорода. Воспиталку, любившую детей, но неспособную сказать заведующей слово поперек, защищали родители, включая даже самых отмороженных. Таксист, влетевший в неоплатный карточный долг неправильным людям, от страха кодировался от бухла и за пять лет превращался в крупного по меркам маленького города работодателя.
Я много слушал, как они общаются. Вместо последовательного описания цели, обстоятельств, мотивов, препятствий и способов их преодоления они разговаривали, вываливая друг на друга тонны несвязанных между собой мемов, фактов и домыслов. Понять, что их заботит, можно было только послушав их треп между собой полгода и проанализировав частоту упоминаний того или иного события, идеи или обстоятельства.
Событие "Николай купил корову за десять тыщ, чтобы торговать на рынке молоком" в их изложении выглядело так:
- Корова-то?
- Да щас корову нормальную разве укупишь.
Прошли сутки.
- Лучше бы забор сука обновил. Еще бы на шифер осталось.
- Нну. Шифер-то по триста.
Еще сутки.
- Не, ну Колька-то!
- Ко-о-олька?!
- Да я тебе говорил же три дни! В город уехал, я к нему зашел шарошки взять, а Людка сказала, уебал он.
- Куда?
- Да с молоком на рынок с утра уехал, на автобусе.
Еще сутки.
- Вчера автобус-то на обратном пути в яму влетел, обод погнул, людей высадил у Низовья.
- Обода-то слабые у Лиаза. Вот у Мерседеса обода!
Еще сутки.
- А откуда у Кольки молоко-то?
- Дак корова-то!
- Так это он штоли корову купил с Ильинского?!
- Еба-здорово, а я о чем тебе толкую!
- А я думал, ты про шифер буровишь. Там, кстати, на базе по двести семьдесят.
Складывалось впечатление, что каждый отдает в ноосферу знание, не нужное самому - и оно лежит там, пока из него не соберется само собой "Колька уехал в город, бухать завтра бум" или "Шифера если по двести семьдесят двадцать листов пиздануть, можно по триста Кольке впарить", или "Колька как забор обновит, надо у него досок спиздить, а то бабка в канаву кувырнется, дожди пойдут, и шифера пару листов".
Этим простые люди отличались от непростых, про которых нужно было думать на работе - непростые, как правило, продавали готовые цепочки событий, почему-то им выгодные. Если догадаться, чем выгодные, то можно было сразу и понять, что происходит. Если "Н*. купил корову за шесть тыщ, а молоко в городе по двести за трехлитровую банку, что вообще-то дорого, город и две коровы выпьет, и три" - так это щас купят двух дополнительных коров. Если "Н*. купил корову, так она щас от ящура помрет, я говорил с ветеринарами, ящур нынче толерантен к антибиотикам, гонконгский штамм" - значит, прививку от ящура продают. А если ящура сто лет как не было - так можно, значит, совместно нагнать на Николая панику, чтобы он инвестировал в прививку, а деньги спиздить. Просто и понятно же.
Но потом я стал замечать: непростые люди испортились.
Сядут обсуждать что-нибудь, и каждый, как утром в субботу у деревенского магазина, вываливает в ноосферу необработанное знание предмета.
- Пошлины - это торговые барьеры.
- Барьеры - они по сути препятствия.
- Бег с препятствиями обеспечивает чередование постоянных и импульсных нагрузок.
- Не столько импульсных, сколько ударных.
- При ударной нагрузке перегрузки достигают двадцати же.
- Же, кстати, колеблется от полюса к экватору на два процента.
- Коллаген в суставах, или как он там называется, выдерживает двадцать же только при импульсах в миллисекунды.
- Импульсные нагрузки провоцируют инсульт и как результат - частичный паралич.
Собирай что хочешь, можно - повышение пошлин в двадцать раз, можно - методику гравиметрической оценки применимости бега с препятствиями в школах разных широтных поясов, или может холодец собрались варить из паралитиков.
Я же, хоть мне за это и не платят больше, привык: сижу, бывает, слушаю, и думаю - как же оно все-таки у людей устроено.
Сначала я думал, они просто ебут мне мозги.
Нет, не так.
Я и до сих пор иногда очень надеюсь, что они ебут мне мозги.