no subject

[yr]

Вышел пообедать, просто чтобы лето не пропускать. Улицу нашу, и без того тихую, из-за близкого строительства тоннеля превратили в тупик, и верно, надолго - генподрядчик, говорят, садится не то убег, аккуратные желтые заборчики огораживают бетонные ямы в асфальте, ничего не происходит - а с неба прижимается к теплому асфальту шелест лип, тянет ленивый не ветер даже - так, движение воздуха, и кафе на углу украсилось верандой и уличными пепельницами.
Лето и лень, и липы - официантка одна, заняты три столика, но она все равно плавает размеренно между кухней и верандой, и еду приходится ждать, как студентку - нет и нет, да и пусть. Вышел покурить - смотрю, знакомая идет, из хороших, обрадовался - не одному куковать. А она подошла ближе и оказалась незнакомая, и хуже: короче, толще, и вместо легкой нескладности нахлобученная тяжелой неловкостью, да издали не разобрал.
Ладно, курю. Из-за угла вдруг - юное чудовище, девочка-самокат чуть выше столика, и такая, такая. Лицо длинное, глаза как двустволка в розовой оправе очков под тяжелым философским лбом, остальное не заслуживает упоминания, исчезающее книзу, как если взять степлившуюся селедку за голову, оставив висеть упруго-мягкое тело. Ох, думаю, во что же она вырастет - а она, как назло, остолбенела вдруг на углу и давай смотреть, как я курю. Смотрит и смотрит, тяжело и упрямо и совершенно бестрепетно, как прозектор или совсем чужак, неприятно-любопытный.
Мне бы бросить окурок да пойти - но я заколдобился, все думал, какой она вырастет. Ответ сам вышел из-за угла, все разъяснив - короче и толще, чем я думал (да, я думал о големе), появилась мама, ободрала гусеницами асфальт, ложась на новый курс - и девочка тяжело толкнулась и покатила на своем самокате, обученная не пропадать из виду, а я остался, и вопросов сегодня решил больше никаких не задавать. Ни себе, ни вовне. Все понял, да.