no subject

В Барвихе, где петля дороги вписывается в овраг местного ручья, а на склоне растут вековые сосны, случилась трагедия - молодая рыжая белка с лоснящимся темным хвостом сверзилась с нависающей над асфальтом ветки под колеса идущему на подъем тяжелому оранжевому грузовику. Профиль белки третий день остается виден на светлом асфальте, и третий день полощется на ветру темный, изрядно запылившийся, но все еще переливающийся на солнце рыжими искрами небольшой симпатичный хвост.
Ничего же не меняется с возрастом - цена ошибки всегда одна, думаю я, третий день резким движением дергая руль, чтобы объехать - но потом замечаю, что меняется, и не объезжаю: белке уже все равно.
Медленно, но равнодушие прорастает сквозь все остальное, вот что меняется.
Да и цена ошибки меняется, думаю я дальше: равнодушие означает, что похуй, сколько платить.
Субьективно - меняется, а объективно - нет, думаю я еще, и от скупой банальности этой мысли вдруг становится весело.
Зачем и кому нужно было объяснить, почему я ржу при виде мертвого беличьего хвоста? хвоста мертвой белки? - поди вспомни, один ехал.