no subject

[yr]

Я слепил полтора снеговика, так уж вышло.
Ну то есть полснеговика слепила дочь, и мне осталось тоже полснеговика. А потом вчера я вышел на балкон покурить, а там снег. Я набрал снега и слепил какую-то чебурашку. Слепил и поставил на лавку - прямо там, на балконе. Но лицом к окну - чтобы моя чебурашка могла смотреть на нашу жизнь и радоваться. У чебурашки вышли огромные плоские уши на круглой снежной башке, а морковку всю в доме съела дочь - мне не из чего было сделать нос, поэтому я набрал в кулак снега и сжал его, сжал и держал, пока пальцам не стало больно, и тогда сжал еще сильнее, чтобы подумать о банкире Френкеле, как ему там сидится в тюрьме? Выходило - плохо сидится, пальцы мои побелели и скрючились, зато из снега в кулаке вышла прекрасная морковка; ну, не морковка, так огурец - я воткнул ее чебурашке промеж ух и подумал вот о чем.
Правда - она же всегда посередине. Вот если кто-то (Вася, например) говорит, что он Маринку не трогал, а кто-то другой (Наташка, скажем, васина) говорит - "чо ты врешь-то, я же видела", то правда в том, что трогал, конечно, но по любви. А это многое меняет.
И тогда я подумал: банкир Френкель не убивал, конечно, никакого банкира Козлова, и не заказывал даже. Но раз следователи говорят - мол, а кто ж еще? - значит, не убивал, но приценивался. И по нравственному закону вроде как и не вредно тогда банкиру Френкелю посидеть немножко в тюрьме, пока все разберутся и его выпустят. Все ж если не заказывал, но все-таки приценивался - то и заключение не настоящее, а предварительное. А это многое меняет.
А сегодня утром я вышел - ну, вы догадались, черти - покурить на балкон. И вспомнил - читал я в одних комментах по делу Френкеля, как человек, знавший убиенного Козлова лично - и еще один человек, про которого не поймешь, говорили вот о чем: один говорил - мол, не мог покойный так опуститься, чтобы во мздоимство и мироедство вляпаться. А второй говорил - мол, да забудь ты - попал человек в эту мясорубку и нет его, буквально - нет того человека, которого ты знал, забудь.
И я подумал - вот ведь как. Наверное, опять посередине где-то истина. И покойный мздоимствовал, конечно, помалу - может быть, но и центробанк - не империя зла; совестился наверное, если мироедствовал, покойный - но он ведь нынче среди живых не числится. А это многое меняет.
А когда я показал свою чебурашку жене, жена сказала: это слон. Я отчего-то рассердился немного и говорю: сама ты слон. А дочь пришла и говорит: это мышка.
И я перестал сердиться. Не знаю почему.
Жизнь - она вообще. Полна тайн.
Кто , например, Маринку трогал, если Вася не трогал, а Наташка его видела?
Но эту историю пусть вам Маринка расскажет.