no subject

[yr]

Когда-то, слушая в холодном, продуваемом всеми февральскими ветрами университете (снег сыпался в щели неплотных тогда оконных рам, белый и колкий, замирая опасно острыми на вид языками на подоконнике) лекции господина профессора О*., математика-каратиста (высшая, мать ее, алгебра - поди-ка, помести ее в голову; каратист, доказывая свои леммы, ключом от аудитории за академический час успевал просверлить столешницу кафедры насквозь, чтобы всунуть туда сухой и мозолистый палец. Глаз его лихорадочно блестел; он говорил: "лемма!", вставлял палец в дырку и улыба-а-ался) - так вот, когда-то, слушая лекции, которые ложились в голову сродни патронам в обойму, нет нужды запоминать - входит само, а больше девяти не всунешь - я любил рисовать на углу тетрадного листа восход - из-за края горизонта высовывалась жопа, заливая мир вокруг солнечными с виду лучами. Такой взгляд на мир, чо.
И сейчас - хоть и снега нет, и вообще ничего так пока, но сияющая жопа высунулась из-за горизонта и светит. Просто вспомнилось.
Свети, жопа, свети. Что-то щелкает в моей голове - лекции ли по высшей алгебре клацают, подпертые пружиной, вылезая из обоймы в патронник? Свети, жопа. We shall overcome.