no subject
Nov. 25th, 2007 09:11 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
yr- Мне сказали, что ты ищещь меня, что ты злой.
Два контейнера на строительном рынке пылали за моей спиной, рассыпая искры, когда в чадном огне лопались плохо просушенные брусья и балки. Газели, сгрудившись в узком пространстве между рядами, блеяли моторами и дребезжали подвеской, стремясь к воротам. Варвар стоял передо мной, невысокий и плотный, голова его похожа была на щетинистое блюдо, розовое, как мрамор колонн на рассвете, когда Эос посылает миру первые лучи.
- Я ищу тебя.
- Что нужно тебе? Какие проблемы?
- Мне нужен ветонит.
- Ты же уже купил ветонит. Я не понимаю.
Я оглянулся, задрав голову на черный дым:
- Это был хуевый ветонит. Штука Тур недоволен.
- Да, понимаю.
Варвар опустил голову и сказал:
- В тот раз у меня не было ветонита. И я взял для тебя у соседа, потому что видел, что ты человек достойный.
- Не будем говорить о достоинствах, - сказал я. - Я знаю ваши правила, но я не вижу твоих достоинств. Будем говорить о ветоните.
- Подожди минуту, - сказал варвар и вынул телефон.
Я усмехнулся: давай, мол, вызывай подмогу, в Москве не хватит ворон клевать глаза их трупам. Но варвар сказал в трубку:
- Ровшан! Где брат твой Джамшут? Что значит "я ебу"? - и, уже обращаясь ко мне: - Как можно не знать, где твой брат?
Я мог бы сказать ему, что в одной далекой и жаркой провинции уже слышал историю о брате, который на знал, где его брат; но в мое сердце стучал ветонит. Поэтому я промолчал.
- Джамшут, - сказал варвар и перешел на язык, которого я не знаю: - Скырлы-скырлы, шайтан, айя, хуевый ветонит! Ай?
Варвар по имени Джамшут понял скырлы-скырлы. Видимо, он был неплохим человеком, и я опять вспомнил далекую Галилею. Но это было не мое дело. Варвар с головой как блюдо навьючил на пробегавшую газель новые мешки:
- Извини. Отдашь погонщику тот ветонит?
- Я не беру чужое, - сказал я. - Я отдам ему те мешки. Но лучше бы ему больше их не продавать.
- Это его дело, - щетина на краях блюда встала дыбом.
- Это его дело, - подтвердил я. Газель с грузом ветонита уже удалялась по раскисшей западной дороге. "Разве я пастырь брату своему?", - говорилось в той галилейской истории.
Разве я пастырь брату своему?
Два контейнера на строительном рынке пылали за моей спиной, рассыпая искры, когда в чадном огне лопались плохо просушенные брусья и балки. Газели, сгрудившись в узком пространстве между рядами, блеяли моторами и дребезжали подвеской, стремясь к воротам. Варвар стоял передо мной, невысокий и плотный, голова его похожа была на щетинистое блюдо, розовое, как мрамор колонн на рассвете, когда Эос посылает миру первые лучи.
- Я ищу тебя.
- Что нужно тебе? Какие проблемы?
- Мне нужен ветонит.
- Ты же уже купил ветонит. Я не понимаю.
Я оглянулся, задрав голову на черный дым:
- Это был хуевый ветонит. Штука Тур недоволен.
- Да, понимаю.
Варвар опустил голову и сказал:
- В тот раз у меня не было ветонита. И я взял для тебя у соседа, потому что видел, что ты человек достойный.
- Не будем говорить о достоинствах, - сказал я. - Я знаю ваши правила, но я не вижу твоих достоинств. Будем говорить о ветоните.
- Подожди минуту, - сказал варвар и вынул телефон.
Я усмехнулся: давай, мол, вызывай подмогу, в Москве не хватит ворон клевать глаза их трупам. Но варвар сказал в трубку:
- Ровшан! Где брат твой Джамшут? Что значит "я ебу"? - и, уже обращаясь ко мне: - Как можно не знать, где твой брат?
Я мог бы сказать ему, что в одной далекой и жаркой провинции уже слышал историю о брате, который на знал, где его брат; но в мое сердце стучал ветонит. Поэтому я промолчал.
- Джамшут, - сказал варвар и перешел на язык, которого я не знаю: - Скырлы-скырлы, шайтан, айя, хуевый ветонит! Ай?
Варвар по имени Джамшут понял скырлы-скырлы. Видимо, он был неплохим человеком, и я опять вспомнил далекую Галилею. Но это было не мое дело. Варвар с головой как блюдо навьючил на пробегавшую газель новые мешки:
- Извини. Отдашь погонщику тот ветонит?
- Я не беру чужое, - сказал я. - Я отдам ему те мешки. Но лучше бы ему больше их не продавать.
- Это его дело, - щетина на краях блюда встала дыбом.
- Это его дело, - подтвердил я. Газель с грузом ветонита уже удалялась по раскисшей западной дороге. "Разве я пастырь брату своему?", - говорилось в той галилейской истории.
Разве я пастырь брату своему?