У дотча самокат. После замены в нем китайских подшипников на стальные ( - Девушка, а вот вы генераторы чините, так у вас и подшипники есть? 22/8/7? Штук десять? Да, сегодня приеду) самокат покатил. Кто-то завел в доме разговор - мол, надо агрегат подписать.
- Дотч - говорю, - а может, нарисуем на нем что-нибудь?
Полчаса утверждали эскиз.
Вот оно:

А это водитель:





После этого я сказал "понял, понял" и убрал камеру.
Был у меня знакомый фотограф, 90-е годы, начало. Звонят ему как-то из гэбэшной управы: мол, надо нам человечка снять во время демонстрации, но снять надо хорошо, а у вас техника, мол, позволяет.
- А что человечек? - фотограф спрашивает.
- Да баркашовский один в разработке.
- А на зону поснимать пустите в обмен?
- Да говно вопрос.
Ну и стоим мы над ванной с проявителем, а в ней лист плавает двадцать на тридцать, и на нем - волчий такой человек, в толпе, но один, говорит с кем-то, еще говорит с кем-то, озирается, и стробоскопом - лист за листом фотобумаги тонут в прозрачной красной волне проявителя - переходит с кадра на кадр поворот головы, от левого профиля к фасу, и на каждом листе первыми проступают нечеловечески спокойные темные провалы глаз. Мимика меняется, резче ложится носогубная складка, и на последнем кадре - понятно уже, что чувак чувствует на себе взгляд и ищет, кто смотрит, но пока не нашел, хотя смотрит почти - ну почти - по оси объектива. На градус еще может быть повернуть глаза - и...
- Последний, - говорит фотограф, перекладывая мокрый бархатный лист в фиксаж. - Вишь, какие глаза.
Мы наклоняемся над ванной.
- Он тебя видел?
- Смотрел, но не видел.
Вспомнилось почему-то.