От старых друзей весточки нет

[yr]

Сказка.
Москва, Кремль, 7 мая 2008 года.
Путин и Медведев принимают гостей.
Крупный план: часы, 11:15.
Гонг, означающий конец приема.
Длинная дверь приоткрывается, закрывается снова, скачок напряжения, золото люстр тускнеет и вспыхивает вновь, гул голосов стихает.
Дверь распахивается. В перспективе - площадь, на пороге - сгорбленный, замерзший Борис Березовский в ермолке и мятом пиджаке. Видно, как от его пиджака отцепляются стеснительно руки сотрудников ФСО.
Березовский, незлобиво:
- Холодно тут у вас.
Трет руки, будто умывает.
- Что же вы, пацаны, забыли пригласить?
П. и М. переглядываются, начальник охраны переводит взгляд с одного на другого, но они смотрят друг на друга. В наушнике слышно доклад "он чист", начальник охраны едва заметно обмякает.
- Ну, поздравляю.
Березовский подходит к М., жмет руку.
Взгляды теплеют, все едва заметно расслабляются. На пике тепла в голосе:
- А чтобы больше не забывали - я вам памятный подарок привез.
И в полной тишине голосом доброго сказочника:
- Родится у вас дочь, Дмитрий Анатольевич. В сторону: Назовите ее, хе-хе, Вертикалью.
По публике - робкие улыбки, глаза смотрят на Березовского. Начальник охраны темнеет лицом: мама, жена полковника гэбэ, не работала и имела возможность читать сыну сказки.
Перебивка - переговоры по радиоканалу с одним из внешних постов:
- Как это ни с каких позиций не простреливается?
- Так как для себя делали, первый.
- А с вертолета?
- Без шансов.
Березовский договаривает:
- А когда войдет в возраст шестнадцати лет - это четыре срока, Владимир Владимирович - выпьет (язвительно) - скажем для разнообразия, кофе. В кафе? Нет. Пусть, скажем, на станции. Но умрет все равно.
М. глуповато и нерешительно улыбается плохой шутке.
П. углубился в себя, перекладывает язык во рту.
Березовский, спохватываясь:
- А пока - веселья вам. Добрые феи у вас есть?
Никто не отвечает.
Березовский уходит, еще сильнее сгорбленный, пешком по брусчатке.
Перебивки - переговоры ФСО:
- Пропустить.
- Пропустить.
Бросившегося крутить руки фсошника сбивает мерседес с номером 022екх.
Водитель, перешагивая через труп сотрудника, открывает дверь машины:
- Извините, Борис Абрамович. Плохо, когда в товарищах согласья нет, как писал Иван Андреевич Крылов. Я отвезу вас в аэропорт.
- Спасибо, да.
Уезжает.
Действие второе:
Петербург, свадьба юной Вертикали с сыном старенького, сухонького Махмуда Ахмадинежада. Улыбающаяся невеста в комнате один на один с отцом:
- Да нет, конечно. Все хорошо.
- Знаешь, я рад. Ты умная девочка.
- Да ты не переживай так. Он смешной.
Крупный план: благодарный взгляд М. на дочь.
Двери открываются, диафрагма открыта, на той стороне - залитая солнцем панорама города за Невой.
М., обращаясь к родне жениха:
- Как в старину. Наши дети станут залогом нашей дружбы.
Ахмадинежад-старший, наклоняясь к переводчику:
- Он сказал - "против МАГАТЭ"?
Переводчик задумывается на секунду:
- Это подтекст.
Крупный план:
- Он мне правда нравится, - слезинка скатывается по щеке Вертикали, М. вытирает ее, - Это просто ветер. Ветрено. - камера отъезжает - летное поле Пулково, самолет иранского президента. Молодые улетают в Тегеран.
Действие третье:
Иран, атомная станция в Бушере.
Директор станции проводит экскурсию для сына президента и его супруги:
- Полоний?
- Да. Это старая романтическая история моей семьи, - говорит Вертикаль. - Просто было бы любопытно посмотреть на этот полоний.
Сын и директор станции переглядываются.
- Хорошо, - говорит директор, улыбаясь: как можно отказать такой даме? - Принесите.
Человек в белом костюме несет по коридорам ящик с металлическими ампулами.
- И правда теплый, - говорит Вертикаль, катая на ладони трубку с порошком полония. - Правда теплый.
Задевает рукавом пластиковый стакан с кофе, стоящий на директорском столе (задний план - кофейный автомат для сотрудников). Ампула катается в луже бурой жидкости, несколько капель падают на юбку Вертикали. Лизнув угол носового платка, она пытается оттереть пятна.
Действие четвертое:
Вертикаль в стеклянном боксе института радиологии в Москве. Воспаленные глаза устремлены в потолок. Безутешный отец плачет в приемном покое. На заднем дворе грузят в посольский микроавтобус тело молодого мужчины, накрытое зеленым флагом.
Действие последнее.
Лондон. Разговор внука Березовского с дедом:
- Дьед Борис, ми должны помочь.
- Я никогда не помогаю тем, кто меня кинул, сынок.
Лицо старшего Березовского на секунду превращается в портрет Бильбо Бэггинса.
- Тогда я помогу сам.
Сжатые губы Березовского-младшего.
- Ты не улетишь дальше Хитроу. Брось. Все вышло, как было сказано.
- Ты жесток, дьед.
- Я справедлив.
Тот же день, позже. Младший Березовский звонит старшему из Хитроу:
- Выпусти меня.
- Нет.
- Ладно, ты выиграл. Но тогда ответь мне на вопрос. Ты же всегда говорил, что знание - это добро? Ответь мне.
- Говорил. Спрашивай, сынок.
- Если бы Володья привез тогда лекарство для Саши?
Крупный план - лицо Березовского-старшего становится лицом Горлума, потом наваждение проходит.
- Ладно. Лети.
Боинг уходит в низкие облака.
Стеклянный бокс, Березовский-младший склоняется над умирающей молодой женщиной.
Затемнение.
Титр: Всемирная история. Банк какой больше даст.