![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
yrВ отделе, что от нас через один, застиг, застал двоих за гадкой сценой: одна стоит краснея и мыча, вторая - мне-то ростом до плеча - но голова, начальственная смена, и будет за начальство до седин, шипит и бычит:
- Где работа, Лена?
А Лена, очи долу опустив, чтобы не выдать в сумерках азарта, стоит и шепчет: будет, будет завтра. Белеют пальцы, стиснуты в кулак, и все уже, уже идет не так. - На кой мне твой - начальство шепчет, - завтрак?
До тошноты знакомый всем мотив.
И мерзость принуждения, и псих, и километры вымотанных нервов, но никогда нам не увидеть их прикованными к веслам на галерах. И мерзость подчинения, и взрыв - и мат, и просьбы, и свистки, и трели - вчера двух боссов вздернули на рее, но мало - надо было четверых.
Работать надо, если по уму - среди людей, но вроде одному.
- Где работа, Лена?
А Лена, очи долу опустив, чтобы не выдать в сумерках азарта, стоит и шепчет: будет, будет завтра. Белеют пальцы, стиснуты в кулак, и все уже, уже идет не так. - На кой мне твой - начальство шепчет, - завтрак?
До тошноты знакомый всем мотив.
И мерзость принуждения, и псих, и километры вымотанных нервов, но никогда нам не увидеть их прикованными к веслам на галерах. И мерзость подчинения, и взрыв - и мат, и просьбы, и свистки, и трели - вчера двух боссов вздернули на рее, но мало - надо было четверых.
Работать надо, если по уму - среди людей, но вроде одному.