no subject

[yr]

Утро, улица, светофор, длинная левая стрелка только что погасла. До поворота две машины, минута на позевать, закурить, отвалиться на спинку, уставиться через окно люка на потолке в невыразительное матовое небо. В машине уже тепло, тихо, хорошо.
Вдруг как-то темнеет в глазах, оползающий мягкий удар, машина ходуном, но зырк-зырк в окна-зеркала - никого, все как и было. Смутное подозрение, что стоящий сзади чувак подъехал, толкнул в бампер и тут же отскочил на полтора метра, тает в сиропе собственной несостоятельности. Какое-то движение сверху и снова удар, легче прошлого - с висящего над улицей светофора сползают остатки мокрого сугроба, падают на крышу, мягко рассыпаясь: чувак, зима пришла. Вот было бы смешно, если бы лопнуло стекло люка.
А на работу тем временем принесли паспорт с японской визой. Там нынче цветет сакура, девушка с лицом из розового лепестка выбегает в сад, в камышах нерестится летучая рыба, и видно в разрывах облаков над Токио в обрамлении изогнутых сосновых ветвей с длинными иглами серое стальное брюхо имперского межпланетного крейсера "Варяг".
Кофе, никотин, мысли об отрешенности и смерти. 16 ноября, понедельник, тяжелый день.