no subject

[yr]

Зря я вчера сидел на полу над игральной доской, кутаясь в узбекский халат и сдвинув тюбетейку на затылок: я уже старый, и у меня теперь ломит поясницу. Я мету пыль мостовых, как перекосоебленный робот, пытаясь напряжением мышц и перекладыванием костей в мешке тела скрыть пробоину в фюзеляже, но поскольку всю жизнь придерживался политики "если хочешь прыгнуть - прыгни, но если можно сесть, то лучше лечь" - забываю, расслабляюсь, и тут же суетливо бьюсь внутри себя, пытаясь вернуть утраченное равновесие боли и напряжения.
Но зато я вчера подумал, что решительные - и в особенности декларативные - действия в исполнении женщин людей старше тридцати так же нелепы и неестественны, как нерешительность и ползучее упорство в молодых.
Можно, конечно, признать системную ошибку и в сорок - как вернуть в аэропорт борт, по ошибке вылетевший в Рейкьявик вместо Сиднея, можно даже отправить его-таки в Австралию, может быть, ему повезет и топлива хватит, или все умрут счастливыми. Но по-хорошему лучше бы уговорить его на Рейкьявик - или хотя бы выслать в Индийский океан сто вертолетов, двести плотиков, деда Мазая и представителей похоронной конторы.
Зря я вчера сидел на полу над игральной доской, кутаясь в узбекский халат и сдвинув тюбетейку на затылок. Спина болит.