no subject

[yr]

По работе я часто сталкиваюсь с бутербродами. Дурацкое начало, но домашний бутерброд требует кучу всего: свежеиспеченный хлеб, бело-желтое со слезой масло, ну и опционально - осетрина, копченая форель, или каприз какой - сыр, помидор, ну мало ли. Живя по принципу все или ничего, с бутербродами я чаще сталкиваюсь по работе. С плоскими, как сиротское одеяло, лежалыми уродцами - поролоновый кусок батона и два кружочка колбасы на нем, да.
В начале 90-х жизнь принесла, помню, хипповскую книжку про бытование в позднем СССР племени маковых наркоманов -- заставших еще послевоенных морфинистов и протянувшихся в поздние 80-е, тихих городских сумасшедших, обитателей психушек, по случаю обдиравших палисадники южных городов ради ватки, вымоченной в маковом соке и обожженной на огне в фольговом шарике. Один из главных героев этой книжки, помню, открыл мне прекрасный способ есть бутерброды -- стоя в "стоячей" забегаловке зимнего Питера, я до сих пор помню этот стылый мрамор и неуют -- он доедал советский, такой же сиротский бутерброд с ветчиной, оставляя непокрытый мясом конец куска хлеба "последним островком сытости".
Логически понимаю - да, сначала надо съесть вкусное, а пресытившись, дожевывать поролон: больше? Нет, спасибо. Не хочется. Логически -- понимаю. Но сколько ни пробовал -- напоследок всегда оставляю хлебную крошку, покрытую целым куском колбасы.
Иллюзия изобилия. Жрать от нее хочется только сильней.