yr | (no subject)

Нет коннекта. Все. Завершен сеанс. Жизнь в сети не так, чтобы удалась. Впрочем, связи нет – значит время есть, чтоб подумать честно про эту жесть. За науку миру мерси боку - хуй стеклянный, выданный дураку - не для счастья, а для одной лишь муки; он его расколет, порезав руки. Но куда деваться – раз вышел срок, мысль сама попросится за порог, хочешь, в кресло сядь, хочешь – там ложись и подумай честно про эту жизнь.
Чайник снизу светится голубым. Ты глядишь в окно, выпуская дым и твердишь себе – потерпи, дружок, в жизни будет столько красивых жоп, твердо зная сам, что уже не будет; отвисают жопы, стареют люди. Перспективы нет, да и выбор сужен, покупал продукты, готовил ужин, заливал оливковым маслом лук, плакал, долгий перечень тяжких мук теребя, но слезы - от лука, ложь; этим даже девочек не проймешь. Вспоминал себя молодым – зачем? Впрочем, что-то много запретных тем, что ведут на край, на предел, в запой; на которые не говоришь с собой. У нее ореховые глаза, у нее рука зацепилась за - его шарф, его руку, его пальто, как она не видит, что он не то? Как вообще их носит еще земля, нет, не думай, мозг закипает, бля, ты опять забыл про ебучий чайник, он и выкипел досуха. Что печально.
И пока из крана бежит вода, где-то люди дергают провода, технарям от века неведом такт, связь опять налажена, есть контакт. И опять про жизнь, про любовь и смерть не успел, да ладно, и дела нет, не успел, и чорт с ним, и не беда. Чайник только выкипит, как всегда.