yr | (no subject)

Все сторонятся меня - как-то вышло так, само, ненавязчиво. Сначала я все чаще стал работать дома. Дома работать хорошо: никто не тревожит, разве кошка пробежит дальней околицей или муха там о стекло - дззз, дззз; а так - думай себе - не хочу, перебирая прохладные клавиши, сиди как хочешь - мало ли что на середине спины, голенями уперевшись в ребро столешницы, фирменная посадка: жопа выше головы; кому какое дело?
Потом я и из дому выходить перестал - в конце концов, что интересного может найти для себя пытливый ум в средней полосе? Подорожник? Или ржавый самосвал Зил-130? А, вот еще - лопух.
А вчера заметил - жена тоже сторонится меня. Мрачная, знаете, перспектива. Потом и дотч перестанет замечать.
И вот сижу, думаю о печальной своей судьбе, погружаюсь в себя мысленным взором - темно там, темно и скользко, и разные процессы происходят в этой тьме. О, думаю, а вот это что за процесс? А, это черемша! Это я на ужин срубил салатик из черемши, в руку толщиной пучок извел, и один и съел.
И так мне радостно стало: не сторонится меня никто, это черемша все! - что вышел я на балкон и стал там сидеть, на звезды колючие поглядывая. Так до утра и сидел, охраняя мирный ваш сон, люди - и вот что скажу вам наутро: все у человека - в себе, и горести все, и радости, и черемша. Надо только как следует вглядеться в себя.