yr | (no subject)

Есть такой расхожий рекламный трюк: сначала показывают сцену - пляж там, пьют пиво мужики, ветерок дует; потом камера отъезжает - и пляж оказывается железнодорожной платформой с песком, влекомой тепловозом посреди бескрайних полей - и ветерок внутри превращается в особенно сильный удар сердца: а мир-то большой какой, и все - не то, что есть.
В буднях мелких забот напоминаю себе: всякая плоская беспросветь, гавкание и суета играючи превратятся в объем, только поднимись над; только построй к этой плоскости воображаемый перпендикуляр, прицепи к нему удобный с креслом лифт, жми клавишу - или вертолетный джойстик потяни, ощущая, как уравновешивают друг друга механизмы бытия, каждый из которых больше тебя, перемолоть тебя может - но потяни ручку, и сердце тукнет узнаваемо, и плоская равнина скруглится, проваливаясь вниз, и радугой заиграет ее край, и окажется она - не краем света, нет, а так - полем, бегущим к щетке леса и глади озера.
Когда-то на канале за городом видел еще - по узкой среди сосен и песчаных обрывов воде, по полосе опрокинутого в янтарь и малахит неба шла баржа, груженая все тем же песком, глухо ворчал гигантский дизель в ее железном чреве, и дымился среди созданных захватом портового крана барханов мангал, стоял над ним с наветренной стороны веселый полуголый человек и никак не мог понюхать шампур в руке - набегающий поток уносил запах, и человек смеялся; а на вершине ближайшей дюны смешной кобель лайки, колечком хвост, лаял на все, что проплывало мимо, и видно было - кобелю щастье.
Надо только найти на плоской картине мира кучу песка, чтобы сама ехала, чтобы не бежать, задыхаясь - и помнить: это все не навсегда, но сейчас приятно. И кобелю щастье.