no subject

[yr]

Ночь тревожная стоит - крики паровозные, магазин уже закрыт, съежился квартал. Трутся тени по двору, кажется, тверезые - а может и упоротые, я не проверял. И в кустах еще возня - всхлип ли, плач ли, хохот - так, по звуку, бледный конь мертвечину ест и вздыхает: как уж тут дверью не грохать, поскорее хочется спрятаться в подъезд. А в подьезде - русский дух, прелая овчина, суп подкисший, чай-мочай, сковородный чад - у лифта девицу мнет молодой мужчина, я иду - они стоят, смотрят и молчат.
Что ж так кисло по весне, перезимовали ж. Это что у вас стряслось, авитаминоз?
И будто кто-то шепчет мне: ебнулся, товарищ? Тут всегда и было так, ты нам это брось.
Я иду себе домой в грусти и кручине, и следит в глазок сосед - я ли там иду. Пыль сера, земля сыра, листьев нет в помине - год две тысячи девятый, оттепель в аду.

Comments

[tiapkin.livejournal.com]

*высунув кончик языка от усердия, старательно переписываю в блокнотик*
Вот спасибо, вот узнаю, такой тоскливо-весенний Пикачу...
Все ж хорошо что ты есть.
За что тебе и мерси.