yr | (no subject)

Стрелка часов остра, как злая бритва, и сталь упруга,
Движется по спирали - и только кажется, что по кругу.
Лучшее все украли - сначала кто-то подрезал детство,
Псину, вся грудь в медалях, от роду жившую по соседству,
Девочку Веронику, забор и ягоду ежевику,
Школьный поджог учительской: крику-то было, крику.
Стрелка срезает память, как кожуру с картошки,
Кажется, жгли мы с Пашкой, хотя ведь может быть и с Антошкой.
Падает вниз обновой бритвою снятый слой,
Трахался с Ивановой. Как ее звали? Ой.
Нежишь в ладонях - сохнет, бросишь - не отойти,
Как же, оно ж издохнет, можно ж еще спасти.
Выплюнешь эпитафией: прошлое не по мне.
Школьные фотографии скорчатся на огне.
И сердце качает мерно, ровное как часы -
Надя, Лариса, Вера стягивают трусы.
Знаешь, в кровище липкой радостны и лучисты,
Лучше всего под пыткой держатся мазохисты -
Стрелка до сердца режет - губы, дыханье, крик,
Тик или так - все нежность. Нежность и нервный тик.