(no subject)

В палате пятеро - мальчик шестнадцати лет с просверленным локтем, дед лет семидесяти - у него что-то с ногами, ходит он, либо опираясь на стул, либо повиснув меж костылей, и два мужика моих лет - чуть постарше и чуть помладше. Тот, который помладше - с просверленной спицей пяткой, так же лежит на вытяжке. Между его и моей гирями где-то полметра, и когда в этот проход начинают моститься дед и его костыли - в палате наступает звенящая тишина. Если дед задевает костылем гирю - слышно сдавленное шипение; если же он минует узость нормально - вздох облегчения.
А вообще народ у нас тут подобрался веселый. Заходила санитарка, рыжая, звать Леной. Обещала выращивать нас как цветы, которых ей никто не дарит, хотя все и обещают. Сказала, любит полевые. Ржали, что не сезон - а так бы сбегали. Не обиделась, смеялась со всеми.
Вообще не очень понятно - у Лены диплом инженера и лексикон тургеневской девушки. Хрена ли ей делать в санитарках. Сосед подарил ей шоколадку, убежала счастливая.