no subject
Mar. 11th, 2011 08:06 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
yrДома. В последнюю минуту успел выдернуть больную ногу - "у вас там гематомочка, давайте ее до понедельника оста... - Док, я за ней послежу. Будет шалить - вернусь. - ...ладно, чорт с вами" - у хирурга. Больницу сегодня закрыли на карантин по кори, адский ад - не пускают посетителей вообще, а впереди выходные. На казенную вареную тертую свеклу с котлетой будет, чую, нынче спрос.
А у сидельца нашего, моего тезки, вышел сегодня день рождения. Поскольку с двадцатью килограммами на ноге ему лежать еще дней двадцать, а с гостями вышел облом, пускали коня.
Натурально, запасную казенную простынь распустили на полосы, привязали малую гирю от вытяжки, килограмм, и выпустили из окна. Со второго раза - первый веревка порвалась, простыня старая и пережженая - втянули дачку от друзей с воли - охуенно вкусный торт и полтора литра отвертки персонально для именинника. Предлагал он, конечно, всем, но я побоялся в ответственный момент пиздануться с костылей, Андрюха посередине курса недешевых антибиотиков, Степанычу, как мы поняли, изменять сознание просто опасно, а вновь привезенного орла шестнадцати лет и так разобрали на анализы - ночная операция, передоз наркоза и с утра - баночка, веночка, из пальца... Короче, именинник употреблял "в одну каску", а мы чаем с тортом подтягивали. Нихуя, кстати, его каске с той отвертки не стало - даже глаз не заблестел.
Рассказал, правда, как на местной тюремной больничке - она, как и одна из ИТК, тут в центре города - тоже под праздник пускали коня.
- Парни только баулище привязали, а тут из-за угла наряд, прикинь! Ну и баба, ментовка, радостная такая - хуяк, веревку на руку наматывает: поймала! Ай, словила!
Тюремного коня, оказывается, плетут из синтетических свитеров. Распускают - и плетут.
- Там конь не рвется, понял? А теперь прикинь - тут эта баба такая, а там - четырнадцать человек свое тянут! Хуй остановишь, пацаны жилы рвут!
Ситуация.
- Затащили ее, короче, в запретку, но тут до нее дошло, отцепилась. Ну, в колючку там ебнулась, автоматчики стоят, ебала открыв, мат-перемат... С того раза там такой забор поставили, Андрюх, видал же? Подойди! И автоматчиков на гуфсиновцев сменили, все. Автоматчики за пузырь слепли, а эти...
Не слепнут, короче, сотрудники ГУФСИН, нет.
Ну, чай допили, договорился с рыжей Леной - что поможет сначала цивильное с воли внести, а потом нажитое добро вынести - руки всем пожал - и пошел.
А потом так что-то расчувствовался.
- Береги, - говорю, - моих-то.
Смеется, глаза зеленые.
Расцеловались да пошел.
А уж вышел - тут город. Машины стремительные хрупкую мою кочергу норовят в ДТП втянуть, лед под костылями, черный, коварный - из джипа выгружаясь у подъезда, проторговал ебалом-то, по краю прошел: начал было падать, да сообразил, на одной ноге отпрыгнул.
Лежу теперь. Красного принял, сыром заел, тело белое в порядок привел, за вычетом ран, а причесываться вовсе не стал, седая пакля моя дыбом лучше всего внутренний мир отражает. Рву сердце коллекцией всех исполнений песни "что так сердце растревожено" на репите - и Олег ли Погудин поет, Муслим ли Магомаев или вовсе дядя Федор на баяне хуярит - на словах "о любви немало песен сложено", когда он ей обещание дает, подтягиваю дурниною:
- Я спою тебе, спою еще одну! - и рвется, рвется сердце.
Охуевший кот нерешительно подтягивает скрипке.
А у сидельца нашего, моего тезки, вышел сегодня день рождения. Поскольку с двадцатью килограммами на ноге ему лежать еще дней двадцать, а с гостями вышел облом, пускали коня.
Натурально, запасную казенную простынь распустили на полосы, привязали малую гирю от вытяжки, килограмм, и выпустили из окна. Со второго раза - первый веревка порвалась, простыня старая и пережженая - втянули дачку от друзей с воли - охуенно вкусный торт и полтора литра отвертки персонально для именинника. Предлагал он, конечно, всем, но я побоялся в ответственный момент пиздануться с костылей, Андрюха посередине курса недешевых антибиотиков, Степанычу, как мы поняли, изменять сознание просто опасно, а вновь привезенного орла шестнадцати лет и так разобрали на анализы - ночная операция, передоз наркоза и с утра - баночка, веночка, из пальца... Короче, именинник употреблял "в одну каску", а мы чаем с тортом подтягивали. Нихуя, кстати, его каске с той отвертки не стало - даже глаз не заблестел.
Рассказал, правда, как на местной тюремной больничке - она, как и одна из ИТК, тут в центре города - тоже под праздник пускали коня.
- Парни только баулище привязали, а тут из-за угла наряд, прикинь! Ну и баба, ментовка, радостная такая - хуяк, веревку на руку наматывает: поймала! Ай, словила!
Тюремного коня, оказывается, плетут из синтетических свитеров. Распускают - и плетут.
- Там конь не рвется, понял? А теперь прикинь - тут эта баба такая, а там - четырнадцать человек свое тянут! Хуй остановишь, пацаны жилы рвут!
Ситуация.
- Затащили ее, короче, в запретку, но тут до нее дошло, отцепилась. Ну, в колючку там ебнулась, автоматчики стоят, ебала открыв, мат-перемат... С того раза там такой забор поставили, Андрюх, видал же? Подойди! И автоматчиков на гуфсиновцев сменили, все. Автоматчики за пузырь слепли, а эти...
Не слепнут, короче, сотрудники ГУФСИН, нет.
Ну, чай допили, договорился с рыжей Леной - что поможет сначала цивильное с воли внести, а потом нажитое добро вынести - руки всем пожал - и пошел.
А потом так что-то расчувствовался.
- Береги, - говорю, - моих-то.
Смеется, глаза зеленые.
Расцеловались да пошел.
А уж вышел - тут город. Машины стремительные хрупкую мою кочергу норовят в ДТП втянуть, лед под костылями, черный, коварный - из джипа выгружаясь у подъезда, проторговал ебалом-то, по краю прошел: начал было падать, да сообразил, на одной ноге отпрыгнул.
Лежу теперь. Красного принял, сыром заел, тело белое в порядок привел, за вычетом ран, а причесываться вовсе не стал, седая пакля моя дыбом лучше всего внутренний мир отражает. Рву сердце коллекцией всех исполнений песни "что так сердце растревожено" на репите - и Олег ли Погудин поет, Муслим ли Магомаев или вовсе дядя Федор на баяне хуярит - на словах "о любви немало песен сложено", когда он ей обещание дает, подтягиваю дурниною:
- Я спою тебе, спою еще одну! - и рвется, рвется сердце.
Охуевший кот нерешительно подтягивает скрипке.
no subject
Date: 2011-03-11 01:10 pm (UTC)